Аромат страсти  - Елена Кароль

— Это для собранных анализов, — охотно пояснила я. — Кровь, кожа, слюна, моча и все такое. Современные анализаторы заменяют собой полноценную лабораторию прошлых веков. Достаточно лишь грамотно взять необходимый анализ, чтобы…

— Стерилизатор? — перебил меня шеф, даже не думая о вежливости.

А ведь я могу рассказывать об оборудовании часами! Одно время даже хотела менять специализацию на технологическую, так меня все это захватило. Но затем мудрая бабуля разложила мне все плюсы и минусы по полочкам, и я продолжила стезю мануальщика.

— Это для обработки многоразовых инструментов и одежды, — разъяснила я уже суше. — Сами понимаете, если этого не делать в медблоке, где концентрация больных на один квадратный метр иногда просто зашкаливает, то недалеко и до эпидемии.

— Понимаю, — согласился шеф, неторопливо листая открытые вкладки и вчитываясь в характеристики выбранного мной оборудования. — Мне другое не понятно: зачем вам две кушетки? Еще и анатомические.

Вздохнула. Как же с ним непросто. Ясно, что радеет за каждый кредит, но зачем же быть таким въедливым?

— Все дело в моей специализации, — терпеливо проговорила я и, поднырнув ему под руку, развернула две голограммы, разместив их рядом. — Первая кушетка — основная. Для визуального осмотра и пальпации рас, относящихся к человекоподобным. Это средний рост до двух метров и средний вес до ста пятидесяти килограммов. Но, как я уже видела на примере своего фельдшера, да и в барах станции, которые посетила по прибытии, среди сотрудников немало и более крупных существ. Вот для них мне и нужна вторая кушетка.

— Кушетка стоимостью пятнадцать тысяч кредитов всего лишь для осмотра? — возмутился хайд.

— Не только. Во-первых, она анатомическая, — я стоически выдерживала ровный тон, понимая, что в первую очередь это необходимо мне самой, — а это существенно сказывается на качестве моих манипуляций. Во-вторых, кушетка необходима не только для осмотра пациентов, но и для лечения. Со стороны сложно будет понять все тонкости между обычной поверхностью и специальной, но прошу поверить мне на слово — они существенны.

— Поверить? — Шеф окинул меня настолько пронзительным и вдумчивым взглядом, что я против воли поежилась и напряглась. — Хорошо. Но давайте для начала возьмем основную, а со временем присмотримся и ко второй. Вас это устроит?

Устроит ли это меня? Да я уже практически боготворю вас, наидобрейший и наищедрейший шеф!

А через семь минут он утвердил и излучатель с хирургическим комплексом, и даже один холодильный шкаф. Еще через пять мы согласовали список вакцин, медикаментов, инструментов, вспомогательных и перевязочных средств первейшей необходимости. Я перестала понимать что-либо, так как это превысило изначальный бюджет в два с половиной раза, а шеф даже не рвал и совсем не метал. Лишь дотошно выспросил обо всем, перекинул себе на коммуникатор собранную заявку, присовокупил к ней одобрительную резолюцию со своей цифровой подписью и отправил все это в отдел снабжения.

А затем смешно повел носом и заглянул мне за плечо.

— Доктор О’Нелл, как там наш обед?

В то же мгновение тихо тренькнул таймер на мультиварке, оповещая о полной готовности, и по кухне поплыли ароматы мясного рагу.

Обед прошел в молчании. Я до сих пор не могла избавиться от чувства, что хайд что-то затеял, и именно поэтому такой покладистый, а Эдриш бессовестно наслаждался едой. Хотя, на мой вкус, специи бы не помешали.

— И все-таки есть в тебе что-то зловещее… — вдруг расстроенно выдохнул шеф, абсолютно не по этикету облизывая ложку и возвращая уже идеально чистый столовый прибор в пустую тарелку.

— А это-то вы с чего взяли? — растерялась я не столько от слов, сколько от тона, каким они были произнесены.

— Ну, вот сама посуди: готовить умеешь, в запросах неприхотлива, массаж опять же, — начал задумчиво перечислять шеф, при этом глядя на меня так пронзительно, что хотелось отодвинуться подальше. И вообще — исчезнуть. — По мелочам не придираешься, заявку на оборудование и медикаменты грамотно составила, пахнешь вкусно, фигура и личико — просто загляденье. А о позапрошлой ночи и говорить нечего — до сих пор вспоминаю, и заметь, лишь приятное.

Я уже решила было смутиться, но его последние слова перечеркнули все предыдущее.

— Признавайся, тебя мать наняла?

— Кто? — Мое озадаченное моргание ему не понравилось. Как и закономерный вопрос. — Зачем?

— Значит, не она? — напряженно прищурился Эдриш и вновь принюхался, пуская во взгляд изголодавшегося по шпионским играм зверя. — Тогда кто? Конкуренты компании? Признайтесь лучше сами, доктор О’Нелл, я ведь все равно выясню всю правду. И тогда…

Последнее он произнес с откровенной угрозой и даже рычанием.

Этого я уже вытерпеть не смогла. Вскочила, горя праведным гневом, и выпалила:

— Ну вы даете! Да у вас не только позвоночник не в порядке, вы еще и с головой не дружите! Еще межгалактический заговор эльфов сюда приплетите! Не знаю я ни вашу мать, ни каких-то там конкурентов! Саллина своего спросите, он сам меня нашел! И вообще! Уйду я от вас! Вот!

И повыше задрав подбородок, чтобы он только не увидел подступающих к глазам слез от незаслуженной обиды, выскочила с кухни, а затем и из его апартаментов прочь. Как он мог такое только подумать? Как он посмел только такое сказать?! Чтобы я! Отдала ему частичку себя по чьей-то указке?!

Мерзавец!